Центр «Гиппократ»
Клятва Гиппократа
Видоизменённый текст клятвы (именно по нему клянутся будущие врачи):
- Я торжественно клянусь посвятить свою жизнь служению человечеству;
- Я воздам моим учителям должным уважением и благодарностью;
- Я достойно и добросовестно буду исполнять свои профессиональные обязанности;
- Здоровье моего пациента будет основной моей заботой;
- Я буду уважать доверенные мне тайны;
- Я всеми средствами, которые в моей власти, буду поддерживать честь и благородные традиции профессии врача;
- К своим коллегам я буду относиться как к братьям;
- Я не позволю, чтобы религиозные, национальные, расовые, политические или социальные мотивы помешали исполнить свой долг по отношению к пациенту;
- Я буду придерживаться глубочайшего уважения к человеческой жизни, начиная с момента зачатия;
- Даже под угрозой я не буду использовать свои знания против законов человечности;
- Я обещаю это торжественно, добровольно и чистосердечно.

Оригинальный текст клятвы в переводе В. И. Руднева:
Клянусь Аполлоном-врачом, Асклепием, Гигеей и Панакеей и всеми богами и богинями, беря их в свидетели, исполнять честно, соответственно моим силам и моему разумению, следующую присягу и письменное обязательство: считать научившего меня врачебному искусству наравне с моими родителями, делиться с ним своими достатками и в случае надобности помогать ему в его нуждах; его потомство считать своими братьями, и это искусство, если они захотят его изучать, преподавать им безвозмездно и без всякого договора; наставления, устные уроки и всё остальное в учении сообщать своим сыновьям, сыновьям своего учителя и ученикам, связанным обязательством и клятвой по закону медицинскому, но никому другому.
Я направляю режим больных к их выгоде сообразно с моими силами и моим разумением, воздерживаясь от причинения всякого вреда и несправедливости. Я не дам никому просимого у меня смертельного средства и не покажу пути для подобного замысла; точно так же я не вручу никакой женщине абортивного пессария. Чисто и непорочно буду я проводить свою жизнь и свое искусство. Я ни в коем случае не буду делать сечения у страдающих каменной болезнью, предоставив это людям, занимающимся этим делом. В какой бы дом я ни вошел, я войду туда для пользы больного, будучи далёк от всякого намеренного, неправедного и пагубного, особенно от любовных дел с женщинами и мужчинами, свободными и рабами.
Что бы при лечении — а также и без лечения — я ни увидел или ни услышал касательно жизни людской из того, что не следует когда-либо разглашать, я умолчу о том, считая подобные вещи тайной. Мне, нерушимо выполняющему клятву, да будет дано счастье в жизни и в искусстве и слава у всех людей на вечные времена, преступающему же и дающему ложную клятву да будет обратное этому.

